Икона в бронемашине остановила снаряд: Выживший в страшной мясорубке боец СВО рассказал о чудесах на передовой

Евгений Царегородцев пережил несколько "коробочек" - и вновь шел в бой. Фото: личный архив

Кубанец Евгений Царегородцев пошел на спецоперацию по семейным причинам: его дед-танкист сражался на Великой Отечественной войне, а сын Евгений – с первого дня был на СВО, стыдно было сидеть дома с такой родней. Он прошел через бои в Марьинке, был в Бахмуте и чудом выжил несколько раз в горевшей бронетехнике.

«Минутка» жизни

- Я родился 9 января 1975 года в городе металлургов Новокузнецке в Кемеровской области. Мама Нина Максимовна была военнослужащей, отец Юрий Леонидович всю жизнь работал металлургом на ЗСМК. Думал пойти по его стопам, а пошел по итоге по дороге дедушки Леонида – танкиста Великой Отечественной! – рассказывает Евгений Царегородцев.

В начале января 1995 года Евгений, молодой срочник, поехал в Чечню на танке. Принимал участие в боях на знаменитой площади «Минутка» в Грозном, в Шелковском районе, в станице Червленной... Тогда он получил небольшую контузию и обгорел, а заодно и первую свою награду – медаль Жукова. Так что на СВО спустя три десятилетия он пошел уже обстрелянным и повидавшим жизнь!

Вслед за сыном – в бой!

На спецоперацию Евгений пошел уже с Кубани. В 2014 году он вместе с супругой Татьяной, сыном Константином, дочками Ириной и Вероникой перебрался в село Первореченское. Краснодарский край – настоящая мечта для кузбассовцев, уставших от холодов и угольных разрезов, тут семья обосновалась с концами. Евгений работал водителем, а сын Костя решил стать профессиональным военным.

- Так что февраль 2022 года сын встретил в ВДВ, вскоре стал участником СВО. И я захотел быть с ним в одном строю! – поясняет Евгений Царегородцев.

Было это не так просто: возраст уже не детский. Но желание помочь Родине и сыну оказалось сильнее и Евгений одним из первых пошел в пору частичной мобилизации в военкомат.

- Уже 15 октября приступил к выполнению первого боевого задания в зоне СВО. Вначале был водителем МТЛБ зенитно-ракетной бригады – по специальности, участвовал в наступлении на Марьинку. А потом, когда нашу бригаду расформировали, был назначен механиком-водителем БМП-3, - вспоминает Евгений, взявший в ту пору позывной «Царь».

Икона остановила осколок

И вот тут началась настоящая жара: подразделение Евгения перебросили под Бахмут. Задачей поставили возить на передовую бойцов, да еще временами работать навесным огнем вместе с танкистами 68-го гвардейского танкового полка. И вот начались уже полноценные «накаты» на оборону ВСУ: танки расчищали лесопосадки, а БМП – забрасывали туда штурмовые группы. Работа опасная, на такой запросто можно сгореть. В прямом смысле!

- За время нахождения на передке у меня были три боевых машины. Первую с именем «Звездочка» боевики подбили, но мне удалось спасти экипаж. Со вторым БМП-3 произошло что-то невероятное. Когда я приехал осмотреть его на место, где мы его прятали, то обнаружил, что был прилет, и «бэху» подбили. Но не это удивило!.. – рассказывает «Царь».

Поразило мехвода, что броня была вся изрешечена. Но когда забрался внутрь и стал выяснять, как удалось избежать детонации и пожара, заметил, что крупный осколок угодил в броню прямо напротив боекомплекта. Но изнутри была приклеена иконка с образом Божьей Матери. И тут убойная сила осколка словно закончилась: дальше он не прошел и БМП уцелело.

«Отче наш» против дронов

В очередные бои Евгений пошел уже на новой «коробочке» с именем «Юг» на броне. Именно на ней было суждено пережить самые непростые часы на СВО.

- Это было зимой, в январе. Достигнув цели, пехота побежала штурмовать, а в этот момент справа появился вражеский танк и начал работать по нам. Первый пристрелочный снаряд упал рядом с машиной… - вспоминает Евгений Царегородцев.

Медвод стал быстро разворачивать «бэху», чтобы уйти. Но противник открыл огонь и подбил «Юг». Дальше воспоминания сохранились урывками: огонь в глазах, боль, темнота. Очнулся «Царь» поверх брони, не понимая, как там оказался.

- Вижу, командир погиб на месте, наводчика выкинуло из люка в сторону и оторвало пальцы. Я левую ногу поднял, но правую не могу. Схватил за штанину – нога повисла, от боли вновь потерял сознание… - пытается восстановить события «Царь».

В очередной раз пришел в себя мехвод уже под гусеницей сгоревшей «коробочки». Снова отключался, лежал неведомо сколько на промерзлой земле, пока его не увидела наша «птичка» и не вызвала эвакуационную группу. Но враг не хотел отпускать добычу: минометный огонь заставлял эвакогруппу несколько раз бросать раненого бойца на землю, чтобы спастись от разрывов!

- Пока находился в сознании, беспрестанно читал молитву «Отче наш». И так меня оставляли на поле боя три раза, пока спустя время вдруг резко не наступил туман, и обстрелы не прекратились. Верю, что Бог меня услышал! – убежденно говорит Евгений.

Несломленный

Впереди Евгения ждал непростой период – лечения и реабилитации. У него была оторвана стопа левой ноги, а правую полностью раздробило. В Ростове-на-Дону у него нашли еще и ожог легких. Открылось вновь кровотечение, срочная отправка в госпиталь имени Бурденко… И 23 сентября 2025 года, отслужив ровно три года, Евгений Царегородцев демобилизовался. До сих пор он считает, что спасли его в трудной ситуации высшие силы, не иначе!

- С самого начала на СВО со мной были молитва, написанная руками волонтеров, и Чебурашка, переданные первой гуманитарной помощью. Молитву носил у сердца, а Чебурашку – в рюкзаке. Он стал моим талисманом и другом – в каждом бою был со мной! Как и молитва моих близких. Думаю, все это и отводило от меня смерть! – рассуждает Евгений.

Сейчас, пройдя реабилитацию в санаториях, Евгений вернулся к работе. Неугомонный человек, он устроился водителем в приют, руководит в свободное время отделением Ассоциации ветеранов СВО. Не оставляет общественной работы: после прилетов по Туапсе ездил на тушение пожаров как волонтер.

И, конечно, пристально следит за службой сына: Константина после ранения отца перевели на службу в другое подразделение, а полтора года назад он подарил Евгению и Татьяне внука. Так что военному роду, идущему от танкиста Великой Отечественной, не будет перевода!