
Есть художники, которые всю жизнь ищут свою единственную технику. А есть те, кого техника находит сама — через случай, через фактуру материала, через детскую шалость, которая спустя десятилетия оборачивается началом большого творческого пути. Светлана Раевская из Стаханова — народный мастер Луганщины, руководитель двух творческих объединений, автор собственной техники письма на бархате. В её жизни было шесть персональных выставок, сотни учеников и бесконечная любовь к экспериментам. Но начиналось всё с красной помады и ковра.

Светлана Александровна признаётся, что художником быть не планировала, это просто случилось. Или было предначертано свыше.
— Путь в мир искусства начался с самого детства, — рассказывает Светлана Раевская. — В моей семье по папиной линии было несколько художников. И я считаю, что всё-таки это мне передалось по роду. Поэтому с самого детства я во всех школьных сочинениях писала: «Я хочу быть художником, я хочу быть художником». И это осталось… такой вихрь в моей жизни.

А потом случилась история, которую мастерица помнит до мельчайших подробностей. История о том, как маленькая девочка приняла ковёр за куклу и решила его усовершенствовать.
— Я была ещё очень маленькая, ходила в детский сад, — улыбается Светлана Александровна. — Мама меня забрала из детского сада и сказала: «Ты сейчас придёшь домой, посмотришь, что мы купили». Маленький ребёнок, я думала, что купили куклу. Когда мы вернулись домой, оказалась не кукла, а большой красивый ковёр. Это была первая покупка моих родителей, они были молодые, ещё молодая семья. Собрались все соседи, знакомые, друзья. Мама неудачно при мне сказала: «Всё красиво. И цвет, и рисунок. Ну, в середине красненького бы побольше».

Родители ушли на кухню отмечать покупку, а маленькая Света осталась наедине с ковром и... химической губной помадой. Те, кто помнит советскую косметику, знают: такая помада держалась неделями и въедалась во всё, к чему прикасалась.
— Люди старшего возраста знают, что это такая помада, которой в понедельник губы накрасишь, в субботу ещё они красивые и накрашенные, — смеётся мастерица. — И очень аккуратно в середине этого нового ковра я нарисовала красные кружочки. Ну, за что меня лупили, я не понимаю. Скорее всего, тогда в меня вколотили любовь к искусству, – смеётся она.
Самое удивительное, что тот самый ковёр «жив» до сих пор.
— Прошло много лет, у брата до сих пор висит этот ковёр, и местами эти красненькие кружочки очень сильно видны, — говорит Светлана Александровна. — И ещё самое интересное: сейчас я с высоты своих лет смотрю, насколько правильно, аккуратно, пропорционально я их нарисовала. То есть задатки были с детства.
Задатки действительно были. И они привели к тому, что однажды в руки художницы попал кусок бархата. Красивый, ворсистый, загадочный. И абсолютно непредсказуемый в работе.
— Я не знала, что с ним сделать, и решила натянуть его на подрамник и попробовать нарисовать что-нибудь именно на бархате, — вспоминает она. — Первый блин, естественно, получился комом, потому что у бархата очень сложная фактура: ворсинки не дают сделать ошибку. Рисовать нужно пастозно, одним мазком, в одну сторону укладывая этот ворс. Если проведёшь кистью в другую сторону — получится казус, и материал выдаст такие нюансы, которые художнику совсем не нужны.

Так методом проб и ошибок рождалась авторская техника. Светлана Александровна называет её пастозной живописью на бархате и скромно добавляет: «Считаю своей». Сегодня у неё есть целая коллекция таких работ, была даже персональная выставка. Шестая по счёту, но самая первая запомнилась навсегда.
— Самая первая была самая волнительная, самая пробная, — признаётся художница. — Я очень волновалась. Наверное, волнуется каждый художник перед персональной выставкой, но перед первой — это как первый выход на сцену. Показать свои работы людям, послушать их оценку. Это запоминается очень надолго, можно сказать, на всю жизнь.Но бархатом Светлана Раевская не ограничилась. Художник — натура неуёмная, признаётся она. Поэтому в её творческом багаже — десятки техник и направлений.
— Мне очень хочется в своей жизни попробовать много разных техник рисования, разных приёмов, разных направлений декоративно-прикладного творчества, потому что мне это интересно, — говорит она.
Сегодня главное увлечение Светланы Александровны — народные промыслы. Она не просто изучает их сама, но и учит этому детей. В Народной студии изобразительного искусства, которой она руководит, есть целый цикл занятий под названием «Народные промыслы России».
— Мне хочется научить детей понимать, распознавать все виды техник и привить любовь к народному творчеству, — объясняет она. — Почему? Потому что в народном творчестве заложен глубокий сакральный смысл. Это, я бы сказала, высокими словами: «культурный код нашей страны», в котором заложено много смысла.

В Стаханове не так много студий и школ искусств, где детям дают азы декоративно-прикладного творчества. Поэтому миссию свою Светлана Раевская видит в том, чтобы сохранить то, что веками создавалось народными мастерами. Для этого активно участвует не только в выставках и творческих встречах, но и находит время для общественной деятельности.
— Каждый год участвую сама и зову всех знакомых присоединяться к таким добрым акциям как «Коробках храбрости», «Собери ребенка в школу», которые проводит «Единая Россия», участвую в субботниках и круглых столах. Ведь жизнь в родном городе мы украшаем не только своим творчеством, но и добрыми поступками.

Тем, кто только пробует себя в творчестве, Светлана Александровна советует не бояться экспериментов.
— Работайте, творите, пытайтесь что-нибудь сделать, — призывает она. — Если вы не будете пробовать, у вас не будет получаться. Всё зависит от вас. Ваше творчество, ваше вдохновение обязательно найдут выход в очень красивых изделиях, картинах, работах декоративно-прикладного плана. Это интересно, это наполняет жизнь событиями, наполняет жизнь смыслом. Любите искусство. А ещё — не бойтесь красной помады. Иногда с неё начинается большой путь длиною в жизнь.